Девочка, которую выбрали

В Башкирии уже несколько лет работает проект «Приёмная семья для пожилых и инвалидов». Семья Черниковых из села Аркаулово Салаватского района не искала лёгких маршрутов. Ильфира Фановна и Ризуан Гилимханович просто однажды увидели девочку. И не смогли пройти мимо.

Марине Серебряковой на днях исполнилось 22 года. Когда она появилась на свет, родная мать оставила её в доме малютки. Черниковы приезжали за ней в Свердловскую область четыре раза. Четыре раза надежда сжималась в комок, пока наконец они не взяли это тихое, настороженное чудо на руки и не увезли домой.  

– Когда Марина пошла в школу, мама моя заметила: что-то не так, – вспоминает Ильфира Фановна, и голос её чуть заметно вздрагивает. – А инвалидность оформили только в 2013-м.

В коррекционную школу в Белокатае Марина ехать отказывалась. Она – домашняя. Та, кому нужен не казённый уют и расписанные по часам уроки, а тихий свет настольной лампы, мамин голос из кухни, кошачье мурлыканье у ног. И Ильфира Фановна, после того, как Марина сломала ногу, перевела дочь на дистанционное обучение. И не прогадала. Теперь Марина умеет всё, чему положено быть в арсенале настоящей хозяйки. Варит яйца, пельмени и картошку. Индукционная плита подчиняется ей с той же покорностью, что и добрая газовая. Пылесос она включает с таким сосредоточенным видом, будто управляет космическим кораблём. И три кошки вьются у её ног, признавая в ней свою, главную.

Но мир для Марины – не только стены дома. Он полон опасностей, о которых другие даже не задумываются. В лес по грибы и ягоды одну её не пускают: нечаянная встреча с осой – и может случиться анафилактический шок; непоправимое, от которого не застрахован никто. Но на детской площадке, среди шумной ребятни, она своя. Мячик летает от ладошки к ладошке, прятки заканчиваются звонким смехом, и никто не спрашивает, почему она не такая, как все. А вот у её ровесников уже другая, взрослая жизнь…

Марина мечтала стать ветеринаром. Не срослось. Но любовь к братьям меньшим никуда не делась – она выплеснулась в её рукоделие. В её комнате, словно в сказочном мире, живут удивительные создания: объёмные маски зверей, сконструированные почти с академической точностью. Она подбирает фактурную ткань, вшивает фурнитуру, приклеивает детали – и вот уже лиса глядит с полки хитрым стеклянным глазом, волк скалится, заяц настораживает длинные уши. Это не просто поделки. Это её мир, который она создала сама.

– Мама дала, папа посоветовал, мама купила, папа научил… – в каждом её слове, обращённом к приёмным родителям, звучит не просто благодарность, а абсолютная, нерушимая уверенность. Они – её центр вселенной. Они – именно те люди, которые однажды сказали «это наша дочь» и назад своих слов не брали. Сейчас родной сын Черниковых отдаёт долг Родине в армии, а дочь с мужем и двумя детьми обустраивает жизнь под Тюменью. Дом опустел, но не осиротел. Здесь по-прежнему кипит жизнь, построенная на любви. И родные дети, хоть и находятся далеко, трогательно привязаны к своей «необычной» сестричке.

А в марте прошлого года глава семьи Ризуан Гилимханович ушёл добровольцем на СВО. Потому что не мог иначе. Потому что за спиной – семья, а впереди – Родина, которой нужна помощь и не показная вера в Верховного главнокомандующего.

– Жаль, мало повоевать пришлось, – усмехается он, и в этой усмешке нет ни бравады, ни сожаления. Просто констатация факта. На Покровском направлении он получил ранение. Пять суток выползал к своим. Пять долгих дней и ночей, когда каждый метр давался нечеловеческим усилием, когда боль затмевала небо, а мысль о доме гнала вперёд быстрее любого инстинкта.

Потом были госпитали – Ростов, Самара, бесконечные перевязки, сросшиеся и снова расходящиеся швы. Домой он вернулся инвалидом второй группы. Без ноги. Но живой. Уходил из Малояза, да только в списках потом себя не обнаружил. С банковской картой творилась какая-то бюрократическая неразбериха, пришлось стучаться в самые высокие кабинеты, писать Президенту Путину. Помог заместитель главы местной администрации.

Ризуан Гилимханович не жалуется. Он вообще мало говорит. Просто смотрит на Марину, колдующую над очередной маской, на жену, хлопочущую у плиты, и в его взгляде – нежность, которая не нуждается в словах.

У нас в республике в семью в основном берут пожилых. У Черниковых есть Марина – девочка с глазами цвета зелёного луга, которая никогда не станет взрослой до конца. И когда ей исполнилось 18, они её никуда не отпустили. Потому что однажды увидели в доме малютки маленькое, потерянное существо и поняли: это наше чудо.

В прихожей на видном месте висит одна из марининых масок – лиса, поджавшая уши. Она смотрит на всех входящих немигающим взглядом и словно спрашивает: «Ты с нами? Ты за нас?» И хочется ответить: «Да!»

А дом, как известно, там, где тебя выбрали. И не отпустили.

Проект «Приёмная семья для пожилых и инвалидов» действует в нашей республике с 2017 года. За весь период в 321 семью жители Башкирии взяли 342 пожилых граждан и инвалидов 18+. Сегодня в 96 семьях проживает 101 человек.

Информацию о проекте можно узнать на официальном сайте Республиканского центра социального обслуживания населения: https://rcson.bashkortostan.ru/activity/46100/

Гюзель Ибрагимова.
Фото автора.

Подписывайтесь на канал журнала «Панорама Башкортостана» в «Яндекс Дзен»

Присоединяйтесь к журналу "Панорама Башкортостана" 

во "Вконтакте":  vk.com/bashpanoramamagazine

в "Одноклассниках": ok.ru/zhurnalpan

в "ТикТоке": https://www.tiktok.com/@pro_bashkortostan

ВTelegram: t.me/bashpanorama