Палисадник памяти

В Ишимбае, во дворе обычного многоквартирного дома, совсем недавно существовало уникальное место — «Палисадник памяти». Это была не просто клумба или мемориал, а живое пространство, где переплелись личная скорбь, народная память и невероятная сила человеческого единства. К сожалению, сегодня от него не осталось и следа. Но история его создания и жизни достойна того, чтобы о ней рассказали.

Идея, рожденная из боли и любви

Все началось с жителя этого дома. Офицер мобилизационного резерва, бывший начальник режимного отдела с сорокалетним стажем, человек, которому тема патриотического воспитания близка не понаслышке, он мечтал создать при доме своеобразную студию-веранду для занятий с детьми.

Своеобразие двора заключалось в том, что мужчина высадил там редкие для Башкирии пихты (именно пихты, а не ели). Чтобы уберечь саженцы от вандалов и прохожих, он огородил территорию. Поскольку это был двор многоквартирного дома, потребовалось колоссальное терпение: проводились опросы жителей, собирались протоколы, все согласовывалось с администрацией и жилищными службами, хотя, по его словам, при наличии должности ему разрешений не требовалось.

Но настоящая идея «Палисадника памяти» родилась позже, с началом СВО. Женщина из соседнего подъезда потеряла сына. Она очень просила создателей проекта сделать портрет погибшего бойца. Ей сделали два портрета. Позже появилась еще одна женщина, потерявшая зятя. Портреты героев решили вывесить на всеобщее обозрение, чтобы почтить память земляков.

Офицер, который много лет изучает пирамидальные формы (кстати, на его собственной усадьбе тоже есть здания в форме пирамид, а сам он вдохновлялся пирамидальным мемориалом в Севастополе), соорудил специальную пирамиду с подсветкой. Портреты подняли над землей, а дизайнеры помогли оформить и распечатать краткие биографии каждого бойца.

Палисадник и галерея создавались исключительно энтузиастами. Наш герой, несмотря на почтенный возраст (76 лет), сам варил металл, рассчитывал конструкции, пилил и монтировал. Ему помогали два-три товарища из Салавата, которые после основной работы вечерами и допоздна трудились во дворе. Материалы — трубы, сетки, крепления — покупали на собственные средства.

Соседка-бабушка помогала с бумажной волокитой, а куратор проекта консультировалась с юристами, чтобы каждое действие было законным. Местные начальники ЖЭУ приезжали, все измеряли и давали добро. Казалось, что эта идея объединила весь двор.

Герои галереи

В палисаднике появились портреты раненых и погибших бойцов. Сначала это были местные жители из этого самого дома. А затем заработало «сарафанное радио». К проекту подключились художники из Салавата и Ишимбая, участвовавшие в патриотическом проекте.

Каждый портрет размещался только с согласия родственников и самих художников. Ситуации были разными: кто-то просил увековечить память, кто-то сомневался, но в итоге все соглашались. Однажды приехал один из бойцов — контуженный, с ранениями. Он был невероятно удивлен и горд такой инициативой, всячески поддерживал создателей мемориала. Всего в галерее появилось около восьми портретов земляков.

Точка притяжения

Для многих «Палисадник памяти» стал настоящей отдушиной. Матери, потерявшие сыновей, приезжали туда, садились на скамейку, смотрели на портреты и плакали. Они находили здесь утешение в тишине и памяти.

Но это место жило и светлой жизнью. Во дворе установили качели. Зимой пихты украшали гирляндами, и издалека было видно, как двор сверкает огнями. Бабушки приходили полоть цветы, ухаживать за растениями, пить чай. На Новый год один из помощников-строителей переодевался Дедом Морозом, и они вместе ходили по квартирам, разнося подарки детям. Это была история невероятного добра, сплочения народа и взаимной поддержки.

Бюрократический приговор

К сожалению, эта идиллия продлилась недолго. Проблема пришла оттуда, откуда ее не ждали — от руководства местного ЖЭУ. Если заместитель директора изначально все согласовывал, подписывал протоколы и поддерживал инициативу, то директор оказался категорически против. В настоящее время он, кстати, уже не является директором, а работает в сфере ремонта домов.

Он не подписал протоколы и потребовал снести мемориал. В качестве аргумента было выдвинуто предположение, что конструкции мешают проходу и задевают газовые трубы. Однако приезжавшие газовики никаких нарушений не нашли. Более того, 20 лет назад трубы уже рвались в этом месте, была авария, и наш герой, построивший палисадник, еще тогда делал предложения о переносе труб на поверхность между первым и вторым этажом для безопасности. А сейчас это даже более необходимо сделать. И, помимо этого, (по его словам) конструкция ограждения и пирамиды палисадника нейтрализует действие карстовой воронки между подъездами и оберегает здание от разрушения. Тем не менее, директор ЖЭУ просто молча отказался подписывать итоговый протокол и подал в суд на создателей палисадника.

Люди обращались к опытным ишимбайским юристам, ходили по инстанциям. Но юрист дал неутешительный совет: суды и штрафы обойдутся людям слишком дорого. Чтобы избежать разорения и «пролиться малой кровью», было принято самое тяжелое решение.

Те самые руки, что варили металл, покупали трубы на свои деньги, сажали редкие пихты и вешали новогодние гирлянды, были вынуждены все разобрать. Палисадник памяти в Ишимбае демонтировали своими силами. Двор снова стал просто двором, но память о том, как в одном доме смогли утешить матерей и сплотить соседей, навсегда останется в сердцах тех, кто был частью этой истории.

И теперь остается только надеяться, что нынешний руководитель ЖЭУ подпишет все оформленные протоколы на дальнейшее законное восстановление палисадника, выполнив указание главнокомандующего по мероприятиям благоустройства придомовых территорий. А при участии правящих партий и других неравнодушных движение «палисадников памяти» продолжит свое развитие в качестве окультуривания территорий по всей стране, особенно в разрушенных городах Курской области и новых регионах России: ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областях, где горе объединило народ не понаслышке. И ухаживание за растениями, посадка деревьев, монтаж мемориалов с портретами смогут стать способом единения людей всех возрастов и категорий граждан по всей стране.

Любовь Елистратенко, жительница дома и член комиссии по составлению протоколов:

— Мы глубоко возмущены: снести такую красоту — это настоящий цинизм. Прецедент крайне серьезный, он только разъединяет людей. Обращаемся к руководству проекта «СВОИ» и в Общественную палату: движение палисадников, которое в регионах стало живой «ветвью» Бессмертного полка, необходимо поддерживать и укреплять, а не уничтожать и не предавать забвению.

Фото предоставлены жильцами дома.