Все новости
РЕГИОН
25 Июня 2019, 18:24

ЗОЛОТОЙ ХУУРАЙ

На Алтае есть село с башкирским названием Курай. В путешествии по свету всегда интересно наткнуться на родные слова, имена и названия. Так с нами и случилось на Алтае, само название которого переводится с алтайского языка как «Золотые горы». В зажатой между горами степи в Кош-Агачском районе, почти на самой границе России с Монголией, на 826-м километре знаменитого Чуйского тракта нога сама нажала на педаль тормоза – на дорожном указателе промелькнуло вдруг знакомое башкирское слово «курай». Оказалось, что и степь здесь именуется Курайской, и село у дороги, уводящей к Северо-Чуйского хребту и его самой высокой вершине Актуру, называется Курай. Почему именно так? Проехать мимо мы уже никак не могли и отправились на поиски разгадки этого топонима.

Село в 427 жителей оказалось обычным для Горного Алтая: с оставшимися со времен СССР магазинами-сельпо, ветхими избушками, облагороженными разноцветным ондулином, с разваливающимся деревянным мостом через речку Курайку. В глаза разве что бросилась сверкающая новизной на фоне старых домов реклама турбазы «Курайские зори». Но, подняв глаза, мы увидели главное, что, видимо, заставляет тут любого буквально затаить дыхание – огромная горная гряда с заснеженными вершинами, тянущаяся по всему горизонту селения. Оно разместилось у подножия горы, название которой Актуру, я бы вольно перевела как «добрая жизнь» или «спасение». По легенде, под ней спасались от страшных холодов и ветров бесчисленные здешние табуны, стада и чабаны.
Дело в том, что долина Актуру, близ которого Курай расположился, – не что иное как один из самых больших ледников на Алтае. Зимой ледяной воздух с него стекает на днище Курайской котловины, поэтому погода тут постоянно суровая, ясная и засушливая. Название своего села многие связывают с монгольским словом «хуурай», что означает «сухой», и древнетюркским «quryay» – «засушливый», «засохший». В 2003 году стихия и вовсе показала в этой зоне свой крутой нрав – случилось землетрясение более чем семь баллов. Благо никто не пострадал, поскольку домов выше, чем в один этаж, тут нет в принципе.
Сегодня село служит перевалочным пунктом для экстремалов, добирающихся к Актуру – доехать туда на обычных машинах невозможно, вот и зарабатывают курайцы тем, что забрасывают туристов на «УАЗах» или «буханках» до пункта Перевалка и дальше, в альплагерь. А оттуда стартуют маршруты еще дальше, к высокогорному Голубому озеру, каньонам и лесам, окутанным древними шаманскими верованиями.
Керек Сапо из соседнего села Кызыл-Таш рассказал нам свою версию названия «Курай». Слепой алтайский писатель, будто видящий нутром и описывающий ярче любого зрячего красоты родного края, – лучше, чем кто-либо знает историю края и известен своей книгой стихов «Серебряные воды моего Курая».
– В алтайском языке есть выражение «кукумай курай», означающее «беспощадный, сухой край». Так говорят, когда упоминают о холоде, уничтожающем все живое зимой, или о сухой степи, оживить которую люди смогли только после того, как построили после революции колхозную систему орошения. До этого алтайцы, кочевники, даже не пытались ничего выращивать... Так что название села, по-нашему, понятие совсем не музыкальное, а означает пустоту, сухость.
Мы попытались домыслить это объяснение: ведь и музыкальный инструмент тоже делается из высушенного тростника, который растет и в Курае вдоль речки! Покопавшись в памяти, писатель добавил:
– А ведь и правда, до революции у нас некоторые играли на похожем инструменте, который тоже делали из стебля растения, его тут называют «кумургай». Давно известно, что предки и башкир, и татар, и многих других народов когда-то ушли в другие края с Алтая, в том числе и из наших мест, так что все мы – родственники!
Слово за слово, вспомнили и о том, что берега здешних рек Катуни (с алтайского «катын» – «женщина») и Чуи усыпаны наскальными рисунками и курганами времен цивилизации VII-VI веков до нашей эры, а именно здесь тысячелетия назад проходили великие индоевропейские миграции. Именно близ Курая в свое время обнаружили знаменитое изваяние Кезер-таш, «каменную бабу» – символ тюркской эпохи и национальное достояние Горного Алтая. А в средневековом могильнике под названием Курайка до сих пор находятся более 100 курганов, в которых обнаружили древнетюркские рунические письмена – инструмент коммуникации древних булгар, много позже, с принятием ислама, начавших пользоваться арабским алфавитом!
Владелец турбазы «Курайские зори» Андрей Сапо рассказал нам свою версию происхождения названия родного села. Легенда о принцессе и кузнеце-бедняке гласит: по алтайской традиции на свадебной церемонии в знак уважения всем гостям повязывают пояса, чем более роскошные, тем, считается, и более уважительные. Трудолюбивый влюбленный кузнец не ударил в грязь лицом и раздобыл для родственников своей богатой невесты достойные дары. Семейный союз скрепили церемонией повязывания поясов. По легенде, она прошла ночью, при луне, и вот новая версия: на алтайском языке «пояс» – это «кур», а «ай» – «луна».
Еще от одного краеведа мы услышали, что кличем «Хурай!» обычно выражают свою радость соседствующие с Курайской степью монголы – обычай, перешедший к ним от далеких предков, кельтов, скифов и гуннов.
В местном сельсовете мы выяснили, что о дате появления села Курай до сих пор спорят: кто-то говорит о многовековой истории, кто-то о 1878 годе, когда вместо кочевых юрт тут появился первый капитальный дом, перевалочный пункт для путешественников в Монголию, Китай и обратно. По переписи 1897 года здесь было зафиксировано 42 кочующих аила алтайцев. В Гражданскую войну село было практически уничтожено белобандитами, и только в 1923 году тут снова появились поселенцы, в том числе русские, начавшие приучать местных кочевников к оседлому быту. Первый колхоз «Ленин дьёл» («Путь Ленина») осваивал целину Курайской степи. Другие курайцы добывали уголь и ртуть на руднике, который во время войны работал для победы. Из 108 ушедших на фронт вернулись только 39. После войны жители здесь в основном разводили лошадей, коров, овец, коз и яков. В 1972 году здесь начала работать геологоразведочная и первая Алтайская горная экспедиция, организованная местным советом по туризму. Она стерла с карты Алтая белые пятна и положила начало туризму в этих краях. Сегодня они известны тем, что, кроме походов в горы, в местных лесах тут собирают грибы трюфели, а у речки Курайки есть целебный источник, даже более богатый по составу железом, чем «Ессентуки» и «Боржоми».
Любопытно, что в исторических сведениях о Курае нам не раз встретились упоминания о людях с татарскими или башкирскими корнями. Так, в отчете Алтайской духовной миссии за 1900 год описана история «почти слепого татарина». Его обманул лже-лекарь – заезжий лама-шаман, наживавшийся на местных бедняках. Мелиоративную станцию после войны тут возглавлял директор с явно «нашей» фамилией Мустафин. А одной из главных статей доходов колхоза в 1970-х годах была кумысная ферма, где доярками трудились женщины со знакомыми именами Сания, Фатима... Попить кумыса в Курай заворачивали шоферы с проходящего рядом знаменитого Чуйского тракта.
Кроме театрального кружка, фольклорного клуба, танцевального ансамбля «Алтын чарактар» в селе есть музыкальная школа. Ее воспитанники знают, что такое курай! Точнее, «шор» – аналогичный кураю инструмент. Об этом нам рассказал выросший в Курае молодой музыкант Тожлей Алчинов, солист кош-агачской группы «Сказители Алтая». Он поведал о том, что в столице Республики Алтай городе Горно-Алтайске живет мастер игры на курае и шоре Роман Салаханов, знакомый с самим Робертом Юлдашевым. Тожлей показал, как шор звучит. Очень похож на голос поющего тростника, правда, нам показалось, что башкирский курай по объемности и красоте звука куда богаче. Еще бы, ведь шор изготавливают из пластика. Прощаясь, Тожлей спросил: «А как заказать настоящий курай у вас, в Башкирии? Я б сыграл...»
Между прочим
...еще одно село Курай находится в России в Дзержинском районе Красноярского края, в 177 км от Красноярска. В Центральном Казахстане в Жезказганской впадине есть рудное месторождение «Курай», в Таджикистане – перевал «Курай-Шапак». А в Австралии есть дерево курай-курай, ствол которого выедают термиты, и потом из него делают национальный музыкальный инструмент аборигенов диджуриду – по сути, гигантский курай.