Все новости
АНАЛИТИКА
18 Марта 2020, 16:16

Мир во время чумы

Глобальная инфекция коронавируса как повод для обращения к классикам

«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем». Позаимствуем эти всем известные строки из Екклезиаста в качестве эпиграфа к теме чумы XXI века – пандемии коронавируса.
Увы, нет ничего нового в этом самом старом из миров.
Между прочим, из пятидесяти веков летописи человечества, в которых жили и умирали многие сотни поколений наших предков, в современном мире лишь третье поколение людей живет без массовых эпидемий и пандемий смертельных болезней.
Во всей предыдущей истории губительные инфекции присутствовали всегда, периодически выливаясь в масштабные эпидемии с миллионами жертв.
Из донесенных историками свидетельств наиболее известна так называемая "Юстинианова чума" VI века нашей эры, которая охватила весь цивилизованный мир того времени. Тогда погибло около 10 млн человек. Цифра невероятная, поскольку все население мира в то время не превышало 500 млн человек.
В XIV веке случилась эпидемия, известная в истории как «черный мор», тогда от чумы погибло 60 процентов населения Европы.
Так называемая «испанка» – разновидность гриппа – унесла в 1918 году жизни 95 млн человек, то есть от этой пандемии умер каждый двадцатый человек на планете.
Эта болезнь не обошла и Россию. К тому же в годы Гражданской войны в Поволжье и на Урале бушевали тиф и холера. Эти эпидемии, вместе взятые, унесли жизни десятков тысяч наших земляков, жителей Башкирии .
Мы не ставим задачу подробно перечислять все известные исторические факты на эту тему. Задача автора как историка и журналиста состоит в другом. А именно – попытаться в этом эссе сравнить дух, менталитет и настроение людей тех страшных времен с реакцией человека XXI века на этот нежданный глобальный вызов под названием «коронавирус».
В мировой литературе есть немало произведений, где авторы обращались к теме эпидемий. Поисковая система выдала нам целый ряд шедевров классиков на эту тему. В «Декамероне» Боккаччо рассказывает об уже вышеописанном «черном море», как пока еще здоровые люди «пустились во все тяжкие» – преступления, пьянство и разврат, поскольку не верили, что переживут этот вселенский мор. Увы, но и в более «цивилизованное» время человек мало изменился.
Даниэль Дефо в романе «Дневник чумного города» описал «всеобщие излишества, лихорадочную распущенность и ужасающее растление», царящие в зараженном чумой городе XVII века.
В те времена люди считали, что для подавляющего большинства от смертельной заразы нет спасения. Поэтому самым страшным проклятием было накликание чумы. Здесь нельзя не вспомнить «Вильяма нашего Шекспира». В драме «Ромео и Джульетта» Меркуцио, брат Джульетты, погибая, восклицает:
«Чума, чума на оба ваши дома!
Я из-за них пойду червям на пищу,
Пропал, погиб. Чума на оба ваши дома!»
Таким образом, он наслал проклятие на враждующие семьи Монтекки и Капулетти.
Пожалуй, самым известным произведением в мировой литературе в этом контексте является «Пир во время чумы», этот шедевр знают все и без поисковых ресурсов.
Гениальность Пушкина здесь проявляется в каждой строчке. Приведем полностью монолог Вальсингама, ярко передающий чувства людей в погибающем от чумы селении.
Царица грозная, Чума
Теперь идет на нас сама
И льстится жатвою богатой;
И к нам в окошко день и ночь
Стучит могильною лопатой....
Что делать нам? и чем помочь?
Как от проказницы Зимы,
Запремся также от Чумы!
Зажжем огни, нальем бокалы,
Утопим весело умы
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.
Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.
Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья –
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.
Итак, – хвала тебе, Чума,
Нам не страшна могилы тьма,
Нас не смутит твое призванье!
Бокалы пеним дружно мы
И девы-розы пьем дыханье, –
Быть может... полное Чумы!
Кстати, «Пир во время чумы» Пушкин написал, находясь на карантине в Болдино, поскольку в города не пускали из-за эпидемии холеры 1830 года. Именно в Болдинскую осень классиком было написано множество замечательных произведений, в том числе и «Маленькие трагедии».
Перейдем теперь от истории и ссылок на классиков к сегодняшнему дню.
Человек XXI века живет в сверхинформационном обществе. Любая новость, касающаяся здоровья, а тем более – смерти, публикуется и озвучивается в первую очередь, а если речь идет о сотнях жертв эпидемии и пандемии, то здесь активность СМИ повышается в разы. Прибавьте к этому социальные сети и многочисленные мессенджеры .
«Кто умножает познания, умножает скорбь», как и было сказано в Екклезиасте.
Словом, тема инстинкта самосохранения, связанная с коронавирусом, превалирует уже несколько месяцев, и неизвестно, сколько это будет продолжаться. Этот информационный «обух», каждодневно и ежечасно бьющий по головам людей, не может не вызывать тревогу, страх, а порой и панику. Социологи называют это явление «алармизом», от английского «alarm» – тревога.
Этот перманентный алармизм не может не сказываться на душевном здоровье и на здоровье в целом. Но это еще полбеды.
Алармизм подвигает людей к конкретным действиям, большей частью – к неадекватным. Люди сегодня в несметных количествах запасаются туалетной бумагой, продуктами и другими «стратегическими ресурсами». Людям сложно объяснить, что, в отличие от их бабушек, живших во времена «дефицита», в рыночной экономике продукты в магазинах не закончатся по определению. Они будут на полках, пока у покупателя есть деньги, ибо именно деньги и являются главным «дефицитом» в либеральной модели общественных отношений. Тотальный спрос на продукты неизбежно приведет к их подорожанию в соответствии с законами экономики, которые в данном контексте также нерушимы, как законы физики. Чем больше спрос – тем дороже цены на товары, это очевидно. Поэтому предпринимать лишние телодвижения в данном случае – «себе дороже», в прямом смысле этой фразы.
Приведем еще одну цитату из пушкинского творения:
В воскресение бывала
Церковь божия полна;
Наших деток в шумной школе
Раздавались голоса,
Ныне церковь опустела;
Школа глухо заперта…
Все повторяется. Сегодня, как и во времена «черного мора», опустели не только церкви и школы, но и масса других общественных мест, которых не было в средневековье, – театры, стадионы, концертные залы, кинотеатры и филармонии. Пусто стало в аэропортах и на вокзалах, ибо все больше запретов куда-либо лететь или ехать. Миром ныне правит тотальный карантин.
Самоизоляция не может не давить на психику, и непонятно, как долго это будет продолжаться .
По своей сущности человек в обстоятельствах форс-мажора не меняется, живи он в VI, XIV или XXI веке. Тревога и беспокойство также свойственны сегодня людям, как и ранее, хотя они и живут в цифровую эпоху, в эру высоких технологий, коммунальных удобств и эффективной медицины.
Здесь в самую пору вспомнить уже упомянутых классиков и историков, которые донесли до нас, что далеко не все люди в те мрачные годы устраивали пир во время чумы. Далеко не все пускались «во все тяжкие грехи» – много людей сохранили человеческий облик, волю и рассудок, помогали больным, изолировали их и помещали на карантин, иначе человечество просто бы вымерло. Очевидно, чем больше будет таких трезвых, хладнокровных и позитивных пассионариев сегодня, тем быстрее мы справимся с этой общей бедой.
«Пир во время чумы» завершается следующей сценой – священник увещевает председателя пира Вальсингама прекратить разгул рядом с трупами умерших. Председатель, ранее призывавший «восславить царствие чумы», впадает в глубокую задумчивость.
Здесь уместно вспомнить еще одного классика – Альбера Камю и его роман-притчу, который так и называется – «Чума». Автор рассказывает о некоем городе, где чума выкосила много народа. В городе начинается паника, но нашлись люди, сплоченные одной целью – победить чуму, и они повели за собой остальных.
Роман состоит из нескольких глав – «Отрицание», «Гнев», «Вседозволенность», «Депрессия», «Смирение». Пожалуй, исходя из этого алгоритма, сегодня в мире властвует стадия отрицания и гнева. Ни в коем случае нельзя доводить ход событий до депрессии, а тем более – вседозволенности.
Увы, в стране, которой уже 30 лет правит рынок, произошла атомизация общества, многие стали жить по модели «каждый сам по себе». Во времена глобальных кризисов, который мы переживаем сегодня, в одиночку выжить трудно, без поддержки общества и государства не обойтись.
Камю как философ дает в этом романе нравственный посыл – в кризисное время люди от атомизации и индивидуализма идут к сообществу, к солидарности и к соучастию.
Сегодня как никогда востребованы взаимоподдержка, милосердие, ответственность, готовность помочь старым и немощным.
Сегодня история дает нам еще один шанс остановиться, оглянуться и вернуться к нравственным императивам. Как поется в детской песне, «Это даже хорошо, что пока нам плохо».
Да простит нам классик перефраз названия его шедевра. «Мир во время чумы» – это прежде всего мир между людьми, которые, объединившись, должны победить очередной глобальный вызов.
Как считает Камю, люди каждый сам по себе способны победить конкретное зло, но они не могут в отрыве от других людей уничтожить зло (чуму) как глобальный вызов. Здесь нужно действовать сообща. Когда эта эпидемия сойдет на нет, пожалуй, это и будет один из главных нравственных уроков эпидемии коронавируса: людям доброй воли надо быть вместе не только против новоявленного смертельного вируса, но и против многих других вызовов, которые, возможно, еще предстоят. История повторяется, как и было сказано….